Russian

Алексей Сальников родился в 1978 году в Тарту. Публиковался в альманахе "Вавилон", журналах "Воздух", "Урал", "Волга". Автор трех поэтических сборников. Лауреат премии "ЛитератуРРентген" (2005), финалист "Большой книги" и "НОС". Живет в Екатеринбурге. "Пишет Сальников как, пожалуй, никто другой сегодня, а именно — свежо, как первый день творения. На каждом шагу он выбивает у читателя почву из-под ног, расшатывает натренированный многолетним чтением “нормальных” книг вестибулярный аппарат.Все случайные знаки, встреченные гриппующими Петровыми в их болезненном полубреду, собираются в стройную конструкцию без единой лишней детали. Из всех щелей начинает сочиться такая развеселая хтонь и инфернальная жуть, что Мамлеев с Горчевым дружно пускаются в пляс, а Гоголь с Булгаковым аплодируют. Поразительный, единственный в своем роде язык, заземленный и осязаемый материальный мир и по-настоящему волшебная мерцающая неоднозначность (то ли все происходящее в романе — гриппозные галлюцинации трех Петровых, то ли и правда обнажилась на мгновение колдовская изнанка мира) — как ни посмотри, выдающийся текст и настоящий читательский праздник". Галина Юзефович.

Eugenia Ginzburg's critically acclaimed memoir of the harrowing eighteen years she spent in prisons and labor camps under Stalin's rule By the late 1930s, Eugenia Semyonovna Ginzburg had been a loyal and very active member of the Communist Party for many years. Yet like millions of others who suffered during Stalin's reign of terror, she was arrested—on trumped-up charges of being a Trotskyist terrorist and counter-revolutionary—and sentenced to prison. With an amazing eye for detail, profound strength, and an indefatigable spirit, Ginzburg recounts the years, days, and minutes she endured in prisons and labor camps, including two years of solitary confinement. A classic account of survival, Journey into the Whirlwind is considered one of the most important documents of Stalin's regime ever written.

A man wakes up in a hospital bed, with no idea of who he is or how he came to be there. The only information the doctor shares with his patient before urging him to write down every thought and feeling that comes to mind is the young man’s name: Innokenty Petrovich Platonov. As Innokenty starts to write, out pours a kaleidoscope of images, faces and events, weaving the story of a young man in Russia in the early twentieth century, through the turbulence of the Russian Revolution and its aftermath. As Innokenty begins to build a vivid picture of his former life, only one question remains: how is he able to remember the start of the twentieth century, when the pills by his bedside were made in 1999?

Ship from Germany, hardcover. "Kogda mne bylo nepolnyh pjatnadcat' let, moj otec, gorjachij storonik SSSR, kommunist po ubezhdenijam, hotja i ne chlen partii popal v chernye spiski i lishilsja istochnika zarabotka; sovetskoe pravitel'stvo predlozhilo emu rabotu v berlinskom otdelenii "Sovjeksportfil'ma", my uehali v Vostochnuju Germaniju, to est' imenno v tu stranu, kuda ja ni za chto ehat' ne hotel", - tak nachinaet svoju knigu o Germanii Vladimir Pozner. Ona - rezul'tat dolgih razdumij avtora o strane, o ljudjah, s kotorymi emu doverjalos' vstretit'sja, o proshlom i nastojashhem i o tom, chto svjazyvaet i razdeljaet v nastojashhij moment Germaniju i Rossiju. Kniga illjustrirovana fotografijami avtora, za kazhdoj iz nih prjachetsja unikal'naja istorija, malen'kaja, no vyrazitel'naja. Iz takih istorij, kak pazl, skladyvaetsja nastojashhaja germanskaja golovolomka.